Судебный приказ как инструмент обеспечения конституционных прав граждан мировыми судьями

Сегодня действующая Конституция РФ [1] выделяет основные права граждан России в ранг наиважнейших, закрепляя их в своих нормах, устанавливая гарантии их реализации гражданами, исполнения уполномоченными органами власти и должностными лицами. Ряд прав конституционного значения сформулирован в сфере правосудия, к числу которых относится, в том числе, право на судебную защиту прав и свобод каждого российского гражданина (ст.46 Конституции РФ). Данное право носит фундаментальное значение, позволяющее каждому гражданину воспользоваться судебными инструментами в случаях, когда он считает, что его права и свободы нарушены. В формате использования судебных инструментов гражданам дается возможность отстоять свои права, установить виновное лицо, принудить его к действиям по изменению своего неправомерного поведения по отношению к потерпевшему, возместить причиненный вред. Приведенная конституционная норма соответствует ст.45 Конституции РФ, устанавливающей гарантию защиты прав граждан со стороны государства, оформляя таким образом одну из обязанностей государства перед российским населением. Эта же норма носит позволительный характер в отношении действий граждан по защите своих прав любыми правомерными, законными способами, в числе которых – обращение в суд. Другая гарантия в сфере правосудия касает- ся подсудности дел, установленной законом, соблюдение которой обязательно в каждом случае, когда любой гражданин обращается в судебный орган с целью защитить свои нарушенные права (ст.47 Конституция РФ). Данная норма отражена, в частности, в ст.23 ГПК РФ [2] и ст.3 Федерального закона от 17 декабря 1998 г. № 188-ФЗ «О мировых судьях в РФ» [3], фиксирующих выдачу судебного приказа в рамках подсудности мировых судей.

Приказное производство имеет множество преимуществ по сравнению с исковым и призвано упростить гражданский процесс, сократить его временную составляющую, снизить функциональную нагрузку судей. В целом можно данный вид судебного производства охарактеризовать как механизм процессуальной экономии, имеющий целью минимизировать расходные процессуальные ресурсы при отправлении правосудия. В этой связи допустимо солидаризироваться с мнениями ученых, выдерживающих позицию относительно положительных характеристик приказного производства, его эффективности, достижения им задач процессуальной экономии [4, с. 43], что подтверждается также данными судебной статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ [6].

Так, в среднем 85% гражданских дел рассматриваются с вынесением судебного приказа (табл.

1). При этом наблюдается ежегодный рост дел, рассмотрение которых оканчивается вынесением судебного приказа (рис. 1).

Таблица 1. Удельный вес рассмотренных гражданских дел с вынесением судебного приказа за 2020-2024 гг. в Российской Федер… — см. PDF статьи.

- дело решается без проведения судебного заседания; - взыскатель и должник в суд не вызываются; - судебный приказ одновременно выступает исполнительным документом; - установленный срок для решения дела и вынесения судебного приказа равен 5-ти дням с момента поступления заявления от гражданина.

В то же время имеется ряд законодательных пробелов относительно приказного производства, некоторые из которых были устранены разъяснениями высшей судебной инстанцией, некоторые – не разрешены до сих пор. Так, положения разъяснительного значения сформулированы в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2016 г. № 62 [5] (далее – постановление № 62), отдельные из них – не лишены недостатков. В частности, в п.3 постановления № 62 говорится о бесспорности требований, рассматриваемых в рамках приказного производства. Оценка бесспорности требований осложнена отсутствием законодательно определенного и единообразно принятого в судебной практике механизма подтверждения того, что требования признаны должником. Как мировой судья должен убедиться в том, что должник признает требования, если решение дела с вынесением судебного приказа осуществляется без вызова должника, без проведения судебного заседания? Должник может не знать о том, что взыскатель обратился с заявлением о выдаче судебного приказа, и не известить суд о своем несогласии с требованиями, как того требует п.4 постановления № 62.

Кроме того, возникает и другой вопрос – можно ли говорить о бесспорности требований, если должник в течение 10-ти дней с момента получения копии судебного приказа правомочен представить возражения относительного исполнения приказа (ст.128 ГПК РФ). То есть, возражая против исполнения судебного приказа, должник выражает свое несогласие с требованиями взыскателя, поэтому невозможно говорить о бесспорном характере требований.

Постановление № 62 в п.3 излагает понятие бесспорности требований: «Бесспорными являются требования, подтвержденные письменными доказательствами, достоверность которых не вызывает сомнений, а также признаваемые должником». Полагаем, что признак бесспорности требований в виде «признания их должником» должен быть исключен из п.3 постановления № 62. Либо законодателю целесообразнее было бы предусмотреть обязательность уведомления должника взыскателем о подаче им заявления о выдаче судебного приказа – в этом случае у должника имелась бы возможность уведомить мирового судью о своем несогласии с требованиями. В случае же отсутствия несогласия должника – требования будут считаться бесспорными.

В настоящей работе исследован один из законодательных пробелов относительно судебного приказа, в то время как в теории и практике имеются ряд иных недостатков, не нашедших решения до сих пор ни в законе, ни в разъяснениях высшей судебной инстанции. Их наличие и нерешенность позволяет говорить о неполноценности судебного приказа как инструмента обеспечения конституционных прав граждан мировыми судьями.